У телефонного мошенничества два типа пострадавших. Одни теряют деньги, кредиты, квартиры. Другие — ещё и свободу: их руками забирают деньги у следующих жертв, и перед законом они оказываются «курьерами» организованной группы. Психологический механизм в обоих случаях один. От того, будет ли он исследован, зависит исход уголовного и гражданского дела.
Как потерпевший становится «посредником»
В исследованной серии случаи разделялись на прямых жертв финансовых потерь и лиц, ставших невольными посредниками в транзакциях. В практике эти роли часто принадлежат одному человеку — последовательно. Эксперты описывают характерную динамику: сначала человек является объектом хищения — лишается накоплений и принимает кредитные обязательства; и лишь затем, «уже находясь в состоянии финансового ущерба, страха и полной информационной зависимости от „кураторов“», переводится в положение исполнителя — под угрозой уголовного преследования и с обещанием вернуть его же деньги.
Формула перехода звучит почти одинаково: «Чтобы вернуть ваши средства, вы должны выполнять для нас задания». Дальше — получение наличных у незнакомых людей по кодовому слову, доставка в «обменник», вскрытие сейфов, сдача ценностей в ломбард. Человек считает, что «возвращает деньги на счета Центробанка» и помогает ловить преступников. Следствие видит курьера организованной группы и квалифицирует его действия по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса.
Спектр экспертных выводов
Трёхфакторная модель (часть 5) позволяет дифференцировать выводы, а не выбирать между «здоров» и «невменяем».
| Состояние в юридически значимый период | Правовое значение |
|---|---|
| Способность понимать значение действий и руководить ими сохранена | Обычный порядок оценки; заблуждение и обман исследуются правовыми средствами (ст. 178, 179 ГК РФ) |
| Способность существенно ограничена | В уголовном процессе — по клинико-психологическому содержанию сопоставимо с критериями ст. 22 УК РФ; для потерпевшего — неспособность в полной мере понимать характер совершаемых с ним действий и оказывать сопротивление; в гражданском — основание для оценки порока воли |
| Практически полная утрата (диссоциативное или острое психотическое состояние) | Ст. 21 УК РФ; ст. 177 ГК РФ — сделка совершена лицом, не способным понимать значение своих действий или руководить ими |
Авторы подчёркивают, что та же логика применима к гражданско-правовой оценке сделок, совершённых под влиянием обмана или заблуждения, где заключение о степени сохранности волевой и смысловой регуляции поведения «приобретает самостоятельное доказательственное значение». Речь о кредитных договорах, купле-продаже автомобилей и квартир, снятии средств с аккредитива — обо всём, что жертва подписывает «в рамках операции» (см. часть 8).
Досудебное освидетельствование: почему важно не ждать
Судебную экспертизу назначают следователь или суд, и происходит это нередко через месяцы после событий. К этому времени острое состояние редуцируется, детали забываются, а в деле остаётся лишь протокол, где человек «всё понимал и действовал последовательно». Поэтому защита — адвокат потерпевшего или обвиняемого — вправе, не дожидаясь назначения экспертизы, инициировать психиатрическое освидетельствование с участием медицинского психолога. Его результат — врачебное свидетельство о состоянии здоровья или заключение специалистов — приобщается к делу и служит основанием для ходатайства о назначении комплексной экспертизы.
Что даёт раннее обследование:
- фиксацию постстрессовой фазы — она сама по себе диагностически значима (часть 4);
- подробный самоотчёт, пока воспоминания не перестроены под влиянием допросов и чужих интерпретаций;
- хронологическую таблицу, сопоставляющую юридически значимые события с медицинскими и психологическими данными по дням;
- стандартизованную психодиагностику личностных особенностей, внушаемости и подчиняемости;
- сопоставление материалов дела с перечнем типовых элементов сценария воздействия (часть 3);
- рекомендации по лечению и по щадящему режиму следственных действий.
Процессуальная основа: специалист и его заключение — статья 58 и часть 3 статьи 80 УПК РФ; в гражданском процессе — статья 188 ГПК РФ. Когда возникают сомнения во вменяемости обвиняемого либо в способности потерпевшего правильно воспринимать обстоятельства дела и давать показания, назначение экспертизы обязательно (статья 196 УПК РФ).
Какие вопросы ставить экспертам
Модель, по словам авторов, может применяться «как структурированный ориентир при формулировании вопросов эксперту». Вопросы должны охватывать все три фактора и каждое юридически значимое действие в отдельности.
Состояние
Страдал ли человек в юридически значимый период психическим расстройством, в том числе временным? В каком эмоциональном состоянии он находился и могло ли оно существенно повлиять на сознание и поведение?
Личность
Каковы его индивидуально-психологические особенности? Имеются ли повышенная внушаемость, подчиняемость, зависимость от значимых лиц, снижение критических и прогностических способностей?
Воздействие
Имеются ли в материалах дела признаки целенаправленного психологического воздействия? Как его структура соотносится с выявленными особенностями личности?
Способность
Мог ли человек при совершении каждого конкретного действия — кредита, сделки, передачи денег — понимать его значение и руководить собой; понимать характер совершаемых с ним действий и оказывать сопротивление?
Настоящее время
Каково состояние сейчас? Может ли человек давать показания, нуждается ли в лечении, какие меры поддержки нужны при следственных действиях?
Проведение комплексных судебных психолого-психиатрических экспертиз — одно из основных направлений работы Учреждения судебной экспертизы.
Если экспертиза уже проведена — и не увидела механизма
К сожалению, заключения по таким делам нередко строятся по шаблону: «психическим расстройством не страдает, действия носили последовательный и целенаправленный характер, признаков повышенной внушаемости не выявлено». При рецензировании мы регулярно встречаем одни и те же методические ошибки.
- «Целенаправленно — значит осознанно». Последовательность действий используется как доказательство сохранной критики. Но человек целенаправленно выполнял навязанную ложную «государственную миссию». Целенаправленность внутри искажённой картины мира не свидетельствует о понимании действительного смысла и общественной опасности действий.
- Вывод противоречит описательной части. В тексте зафиксировано: полторы недели непрерывного контакта, выполнение любых инструкций, «как будто попал под гипноз», — а в выводах «повышенной внушаемости и подчиняемости не выявлено».
- Механизм воздействия не анализируется. Фабула пересказана, но нет психологического анализа: как человек воспринимал происходящее, какой смысл придавал своим действиям, как менялись критика и прогноз последствий.
- Нет дифференциальной диагностики. Не обсуждаются реакции на тяжёлый стресс, диссоциативные расстройства, индуцированные состояния; отсутствие бреда и галлюцинаций подаётся как доказательство сохранности.
- Игнорируется субъективная сторона. Человек считал себя помощником государственных органов, вину признаёт «частично» — но эксперты не разбирают, когда и по каким признакам он, по их мнению, начал понимать истинный характер происходящего.
- Не используется стандартизованный понятийный аппарат ГОСТ Р 57344-2016: составляющие способности осознавать характер действий и руководить ими, «существенное влияние индивидуально-психологических особенностей», «порок воли», «заблуждение».
Рецензия — заключение специалистов на заключение экспертов — позволяет показать суду эти дефекты и обосновать ходатайство о повторной или дополнительной экспертизе.
Молодой человек около 20 лет, общительный, с просоциальными установками и неустойчивой самооценкой. В течение полутора недель по указаниям «ФСБ» и «Росфинмониторинга» вскрывал сейфы и передавал ценности, считая себя внештатным помощником; мотив формулировал как «альтруизм и патриотизм», состояние — «постоянно плясал под их дудку». Экспертная комиссия ограничилась констатацией «целенаправленности действий» и отсутствия психотической симптоматики. Рецензия указала на внутренние противоречия заключения и на то, что механизмы социальной инженерии — ложный авторитет, запугивание, изоляция, поэтапное вовлечение, апелляция к просоциальным мотивам — остались без экспертной оценки.
Кто проводит обследование
Обследование лиц, пострадавших по делам о телефонном мошенничестве, в Учреждении судебной экспертизы проводит комиссия авторов исследования: врач-психиатр, судебно-психиатрический эксперт, кандидат медицинских наук Алексей Витальевич Майдан и медицинский психолог, судебный эксперт Андрей Васильевич Лосев. Комиссионный формат принципиален: психиатр квалифицирует состояние, психолог — личностные особенности и механизм воздействия; только вместе они закрывают все три фактора модели.
Научная основа публикации: Лосев А. В., Майдан А. В. Механизмы социальной инженерии при телефонном мошенничестве: эмпирический анализ на материале судебно-психологических экспертиз // Бухучёт в здравоохранении. 2026. № 9 (297). С. 44–53. DOI: 10.33920/med-17-2609-05.
Материал подготовлен авторами статьи — экспертами ООО «Учреждение судебной экспертизы» А. В. Лосевым и А. В. Майданом. Наблюдения из практики обезличены: имена, даты, места, названия организаций и суммы изменены или опущены. Публикация носит информационный характер и не заменяет консультации врача и адвоката; установление фактов и юридическая квалификация по конкретным делам — компетенция следствия и суда.
